Расмус Пиккани | Фото: Аллан Леппиксон

Расмус Пиккани | Фото: Аллан Леппиксон

Глобальный застой в экономике – это на данный момент довольно непростая проблема, и если попробовать поразмышлять сразу над всеми господствующими неопределенностями, то легко сложится депрессивная картина.

Долг государственного сектора, образовавшийся в результате последнего финансового кризиса, никуда не делся; одна глобальная супервласть снова «наращивает» свою силу через президента, бесцеремонно топчась на совместно выращенных плодах глобальной экономической системы; один член ЕС, находящийся в глубоком замешательстве, пытается «выйти из игры», не понимая, почему он это делает и каковы будут последствия как для него самого, так и для других, не зная, как организовать выход... и удастся ли вообще это сделать. В центре всей этой неопределенности находится непростое искусство управления финансовыми активами.

Так говорит руководитель объединенного пенсионного подразделения Luminor в странах Балтии Расмус Пиккани, имеющий длительный опыт работы в инвестиционной сфере. «Вместе с тем, если немного отмотать историю назад, можно увидеть, что происходящее на финансовых рынках никогда и не было столь уж предсказуемым. Поэтому активы следует рассредоточивать. С другой стороны, это именно тот вызов, который меня захватывает. Красота в том, что человечество отличается находчивостью, оно справится, хотя местами это будет очень болезненно».

За свою карьеру Пиккани много раз наблюдал, как люди глубоко верят в правильность своего рационального поведения, которое часто не отвечает реальности. Такой образ мышления, мол, однажды мои текущие доходы станут больше, чем сегодня, и я начну копить, в большинстве случаев неоправдан, потому что расходы обычно растут вместе с ожиданиями доходов у людей и резервов для того, чтобы копить без усилий, не остается.

Действительность такова, что старение населения и окружающий нас мир оставляют мало пространства для веры в то, что когда мы будем на пенсии, кто-то другой будет обеспечивать нам привычное существование. Сухие цифры указывают, скорее, на то, что те будущие пенсионеры, которые надеются лишь на государство, будут жить хуже нынешних пенсионеров», – убежден Пиккани и делает быстрый расчет.

«Если быть сверхоптимистичным и предположить, что накопленные сбережения будут расти в таком же темпе, что и общий уровень жизни, то есть средняя зарплата, и что вместе с такой же средней зарплатой в течение жизненного цикла будет повышаться и доход конкретного лица, то можно ценой небольшой ошибки исключить весь рост из расчетов. То есть если человек в течение 40 лет будет копить во второй ступени по 6% от зарплаты, а затем будет тратить соответствующую сумму 20 лет, то это сбережение добавит ему к пенсии 12% от последней зарплаты. В первой ступени в будущем для непосредственного распределения будет накапливаться существенно меньше средств, чем сегодня. Здесь человек, получающий среднюю зарплату, может поразмыслить: взять среднюю на сегодняшний день пенсию, прибавить к ней 10-12% от средней зарплаты и спросить себя, достаточно ли ему будет этой суммы? Если нет, то надежда на то, что разницу между результатом расчетов и ожиданием покроет кто-то другой, просто наивна», – конкретизировал Пиккани. Еще более наивно играть с идеей широкого использования этой системы, способной предложить скромную прибавку, в сегодняшних условиях – лучше следовало бы подумать над тем, как можно было бы ощутимо повлиять на людей, чтобы они больше вкладывали в свою собственную пенсию. 

Решение копить – это непростое ментальное решение, поскольку на обратной стороне медали накопления находится сегодняшнее благополучие с повышенным безотлагательным потреблением.

Пожалуй, здесь государство может несколько принуждать население с целью обеспечения долгосрочного благополучия последнего. Например, принуждение оплачивать акциз на табачные изделия и алкоголь помогает уберегать людей от причинения себе вреда.

В Luminor Пиккани в более широком плане занимался развитием и продвижением предложений инвестиционных и страховых продуктов и начиная с 2009 года создавал работающие во всех странах Балтии организации разной формы. Столько же времени мужчина посвятил созданию организаций разной формы, работающих во всех странах Балтии. За последние десять лет он накопил много опыта. «История Luminor меня зачаровывает: перестраивать что-то, строить для будущего и строить что-то иначе. Стратегическое управление пенсионными предприятиями стран Балтии дает возможность продолжать творить эту историю».

Первое рабочее место в Банке Эстонии Пиккани получил довольно неожиданно. Был, вероятно, 1996 год, когда Хардо Паюла начал читать свой курс эконометрии в Эстонской школе бизнеса – в большом зале, полном студентов. Сдало этот предмет, кажется, всего 8 человек, и Расмус был в их числе. Когда на собеседовании в Банке Эстонии выяснилось, что ему удалось пройти этот курс до конца, то после весьма непродолжительной беседы его приняли на работу в отдел экономических исследований. «Поскольку я занимался там анализом монетарного сектора, то уже из Центрального банка – из каждого угла – посматривали финансовые рынки. Потом меня пригласили на должность аналитика финансовых рынков банка Sampo, где первой работой было ежеутреннее составление обзора финансовых рынков. Затем последовала должность руководителя фонда в Swedbank, после этого – руководящая должность в отделе управления портфелями, а позже я занялся более широким направлением, руководя отделом предложений инвестиционных и страховых продуктов».

Пиккани считает, что не стоит ограничивать себя тем, как сделаны дела, а следует смотреть на ситуации по-новому, свежим взглядом. «Последнее также является причиной того, почему я работаю в этом банке: здесь я могу это делать. Мы находимся в хорошем положении: имеем возможность создать единый банк, работающий в Латвии, Литве и Эстонии. У нас есть опыт трех разных государств, и мы совместили передовые практики с учетом новой системы. Мы больше не управляем пятью или шестью отдельно функционирующими банками, а строим технически один банк. Мы, несомненно, можем обещать клиентам хороший и эффективный банк. Содержа только один банк, мы, разумеется, экономим на расходах. Слово «экономия» может звучать устрашающе, но я уже сейчас вижу, как, избегая бессмысленных расходов, можно повысить предлагаемое качество. Для клиента нет разницы – если результат тот же, не важно, работает ли в отделе 20 или 100 человек. Мы видим, как наша доходная база сокращается – платы за управление фондами становятся всё ниже. Понятно, что если доходы сокращаются, то один из вариантов решения этой проблемы – сокращение расходов», – уверен Пиккани.

Пиккани сравнивает текущее положение Luminor с покиданием дома ребенком, достигшим совершеннолетия. Родители сказали, что ты должен уехать, и теперь много энергии уходит на то, чтобы отделиться от прежних материнских банков со своими разными системами, а еще необходимо острым взглядом искать, в каком направлении двигаться.

В такой ситуации необходимо умение видеть широкую картину и упрощать сложные процессы. «Если есть 10 зависящих друг от друга решений, то я верю, что смогу относительно быстро упростить их. На сегодняшний день мы представлены в трех странах, и, конечно, можно управлять активами более продуктивно, принимая такие решения, которые повышают эффективность систем».

Хорошее восприятие Расмусом широкой картины известно и его друзьям, которые время от времени непосредственно советуются с ним по финансовым вопросам.
«Мой самый страшный ночной кошмар – это если какой-то друг позвонит и скажет, что у него есть лишних 30 000 евро, и спросит, что ему с ними делать. Здесь нет простых правильных ответов, и крайне непросто что-то посоветовать. Особенно когда на заднем плане теплится надежда легко заработать дополнительный доход благодаря инвестированию. В случае ожидания более продолжительного накопления капитала история немного проще, и здесь всегда можно обратиться к хорошему другу – распределению рисков, хотя такое решение, как правило, считают слишком скучным.

При создании финансовых запасов первый шаг должен быть всегда нацелен на то, как найти сбережения, и только после этого можно думать об инвестировании. Пиккани уверен, что этот первый шаг всегда сложнее. Вместе с тем, он прекрасно понимает, что независимо от того, что он говорит о пенсионной системе, всегда можно считать, что у тебя свой шкурный интерес и поэтому ты так говоришь. «Примерно как в случае акцизов или любой другой политической темы: например, когда говорит производитель алкогольной продукции, ему не верят, поскольку самой мысли всегда предшествует коммерческий интерес.

В то же время всегда лучше выслушать тех, кто в курсе дел в соответствующей области, поскольку они постоянно живут внутри конкретной темы. Поэтому я возьму на себя смелость и повторю, что за накопление адекватных пенсионных сбережений отвечает прежде всего сам человек. Самый простой и эффективный способ накопления – это регулярно откладывать и инвестировать, то есть в определенный день выплаты заработной платы или близкий к нему день помещать определенную сумму в определенную схему – независимо от погоды на улице или настроения. Система третьей пенсионной ступени отлично мотивирует для этого с позиции налогообложения».

Пиккани признает, что в изнурительные времена хорошо помнить о том, что является самыми большими инвестициями за всю человеческую жизнь. «Я убежден, что к тому моменту, когда выходишь на пенсию, помимо накопленных пенсионных сбережений тебе также должно принадлежать твое место жительства. Я сам раньше довольно плохо умел накапливать средства и учился этому, постоянно упражняясь, а еще тогда, когда у меня появилась семья. Помимо долгосрочного плана каждый человек непременно должен иметь какой-то буфер на тот случай, если с его доходами что-то неожиданно случится или если возникнут неожиданные расходы. Здравая мысль, но, к сожалению, статистика показывает, что в реальности все иначе. Все мы люди и живем сегодняшним днем. Накопленный тяжелым трудом буфер зачастую принимает в нашем воображении новый облик и в этом облике начинает вести с нами переговоры – будь то рыбацкая лодка, дача, новый автомобиль или поездка в отпуск. Грустная реальность состоит в том, что если беседа слишком часто заканчивается успехом, то вскоре мы лишаемся этого буфера».

Пиккани и сам несколько лет назад вел «беседы со своими сбережениями», одно из которых приняло облик моторной лодки – такой, в которой можно свободно поместиться с обоими мальчиками на рыбалке.
Сегодня эта моторная лодка большую часть года находится возле Эмайыги, однако поскольку с дедом и отцом он привык ловить рыбу в море, ему до сих пор не удалось найти общего языка с рекой и Чудским озером.

«Даже моменты, подающие надежду, бывали редко. Пока что лучшая рыбалка случалась в знакомых небольших бухтах на Сааремаа. Прошлый год на Сааремаа, пожалуй, был лучшим за последние десять лет – к счастью, сыновья тоже участвовали во многих особенно удачных выходах. В прошлом году мы попробовали ловить саргана на спиннинг – такого мы раньше не делали. Как-то этот вид спорта прошел мимо рыболовных привычек нашей семьи, направленных на ловлю щуки: период для него по весеннему календарю очень непродолжительный, но по сравнению с другой ловлей это совершенно особенный опыт», – радуется Расмус тому, что рыболовство, к счастью, не совсем исчезло из семейных традиций.